Category: авиация

Category was added automatically. Read all entries about "авиация".

mi mi mi

Шарлотку солнца кушаю с бочка.

Это и есть самый-пресамый верхний-преверхний пост в моей норе жж-ешке.
Так что, вытирайте ноги, или лапы, или что там у кого есть тут, читая, что здесь написано.

Дисклаймер 1: все в этом блоге ИМХО, кроме перепостов. Перепосты на совести авторов, тут только  отражение сочетания их и моей совести.
Дисклаймер 2: хвост предъявить не могу. Иначе придется предъявить и все остальное, а это едва ли будет способствовать вашему психическому здоровью.
Дисклаймер 3:
Данный журнал является личным дневником, содержащим частные мнения автора. В соответствии со статьёй 29 Конституции РФ, каждый человек может иметь собственную точку зрения относительно его текстового, графического, аудио и видео наполнения , равно как и высказывать её в любом формате. Журнал не имеет лицензии Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ и не является СМИ, а, следовательно, автор не гарантирует предоставления достоверной, непредвзятой и осмысленной информации. Сведения, содержащиеся в этом дневнике, а так же комментарии автора этого дневника в других дневниках, не имеют никакого юридического смысла и не могут быть использованы в процессе судебного разбирательства. Автор журнала не несёт ответственности за содержание комментариев к его записям.
DIXI.

О себе: по меркам людей мне лет 150-200, у нас, богинь, другие временные интервалы. Не комплексуйте.
В данном конкретном случае я обитаю в теле 32-летней самки человека, с офигенной попой фигурой, рыжей гривой длинных волос и умными серыми глазами.

Два высших образования и Google делают мой кругозор практически неисчерпаемым. Я могу аргументированно спорить на любые темы, но предпочитаю не давить интеллектом. Маскировка, а вы как хотели?

Как и у любой человеческой самки девушки, у меня есть привычки и слабости.
Вкратце вотъ:
Сл. №1 много-много хорошей вкусной еды. И да, я не толстею, волчий метаболизм не дает, думаю продавать патенты в будущем на него.
Сл. №2 много-много мягкого теплого сна. Это не обязательно, но желательно хотя бы раз в неделю.
Сл. №3 люблю готовить, пасти, кормить и угощать. Это без комментариев.

Прошу уважать эти маленькие слабости, раз уж вы тут.

А так, добро пожаловать. Но не говорите потом, что вас не предупреждали. Волчица порой выглядывает, и тогда.... )
Эй, куда же вы???
spy

Некий научный рэйлган эпохи Сёва - е16 (предпоследняя)

Сентябрь на Островах выдался жарким и душным, штиль делал жизнь в палатках невыносимой. Мухи свирепыми роями бились в москитные сетки, пальмы роняли широкие полотна листьев, убитые солнцем. Но больше всего головной боли майору Симбоси доставляли тридцать Мисак. Мисаки потребляли патроны, авиационное топливо и сосиски в огромных количествах. Мисаки галдели в столовой, в палатках, в мастерских, даже в штабном бараке неизвестно откуда слышался странный негромкий но настойчивый говорок Мисак. Мисаки презирали субординацию, и если бы сам император посетил бы Острова - Мисаки замучали бы своей болтовней и его. Командующий тихоокеанским театром, посещая эскадрилию "Токивадай" во время инспекторской поездки, заметил майору, что неплохо бы направить уже энергию Мисак в военное русло. Майор козырнула в ответ.

[Дальше много букв...]Все ведомые Микото получили очередные звания и за каждой из них закрепили по две тройки Мисак. Место Зеро постепенно занимали новые Райдены, приходили транспорты с боеприпасами, продовольствием и топливом. Тренировочные полеты и боевые вылеты следовали один за другим, превращая жизнь эскадрилии в своеобразную карусель неба, земли, смерти, жизни и пороховой гари - коктейль, который так сложно вымыть из волос после полета. Активность "Токивадай" привлекла внимание гайдзинской разведки и в район Островов пришла ударная группа американского флота - пара эсминцев и легкий крейсер. Крейсеру удалось уйти, воспользовавшись темнотой, а оба эсминца превратились в решето на отмели одного из Островов. Истребители Мисак шмелями кружили над ними, поливая меткими очередями. В боях и жаре сентябрь миновал и вместе с тучами и дождичком пожаловали "летающие крепости". Акселератор всегда вел одну из них. Мисаки вылетали на перехват и кровавая каша в небе обернулась первыми потерями. Из тридцати Мисак за первые недели налетов осталось 19. Аэродром представлял собой лунный пейзаж, аварийные команды едва успевали ровнять полосу и тушить пожары. Береговую батарею зениток похоронили, даже не раскапывая песок, из которого торчали закопченые стволы орудий и сломаные кости. Кровь и сакэ лились рекой, живые не успевали оплакивать погибших.

В нелетную погоду Мисаки, словно призраки, ходили по базе, бубня что-то и глядя под ноги. Дождь полоскал их бледные упрямые лица, которые они поднимали верх, вглядываясь в затянутое тучами небо. Просвета не было. Как не было просвета в жизни и других летчиц "Токивадая". Повзрослевшие, осунувшиеся Уихару и Сатэн-сан в окружении своих ведомых Мисак целые дни посвящали то тактикам боя, то печальным песням под кото. Пели Мисаки на удивление плохо, видимо, у них и вовсе не было музыкального слуха. Микото жалела своих сестер, они казались ей настоящими детьми войны, грубоватыми, прожорливыми, чумазыми, с постоянно ищущими чего-то глазами, с этим их полушепотом и отрешенностью, от которой ныли зубы. Самая Первая Мисака, ученица Микото, не отходила от нее ни на шаг, даже спать ухитрялась рядом, чем выбесила Куроко и они подрались. Мисака оказалась изощреннее в атаке и Куроко смогла вырубить ее лишь с помощью телепортации, да и то ненадолго. Мстительная Мисака исподтишка скинула занавеску в душе для офицеров и все желающие могли любоваться Сирай-сан, моющей голову. После этого случая Куроко замкнулась в себе и стала искать уединения. Но где можно укрыться на плоском, как блин, острове, площадью всего несколько десятков квадратных километров?

Но все когда-нибудь кончается, закончилась и плохая погода. И как только подсохла полоса, на аэродром прилетел курьер на двухмоторном "Оцу". Операция "Пепел" вот-вот должна была начаться, ставка сообщала, что Акселератор достиг пика своих возможностей и тянуть больше нельзя. 10 ноября состоялась последняя тренировка, стоившая жизни еще семи Мисакам и экипажам трех "крепостей". Оставшиеся двенадцать Мисак долго сидели в кружке, обнявшись, возле старта и молчали.

На следующее утро на аэродроме приземлилась трофейная "крепость", в ее бомбовом отсеке был закреплен подарок из Пенемюнде. Самолет затянули сетями до состояния плотного кокона, так что издали он напоминал обожженый солнцем холм, а немцы попадали спать в палатке. К обеду гидросамолет доставил на остров и экипаж - тощий, с кругами под воспаленными глазами, Акселератор, уже переодетый в форму японского летчика-майора, и хмурые японцы из отряда техобеспечения, волочащие баулы, кислородные баллоны и высотные комбинезоны. Микото жевала травинку, стоя в дверях офицерского барака, ее форменное кепи было надвинуто на самый нос. Другой рукой она теребила подвеску на ножнах вакидзаси, бронзовый лягушонок мягко позванивал. Процессия подошла к крыльцу и Акселератор шагнул на порог. Микото уперлась ногой в косяк и закрыла ему вход.

- Прочь с дороги, малявка... - Акселератор даже не поднял на нее глаза, но все же остановился, ссутулившись.
- Вежливость, хорошие манеры... Вы тоже канули в горниле этой войны... - задумчиво проговорила Мисака Микото и ее рука сжала рукоять вакидзаси.
- Кто бы говорил, малявка. Ты еще не видела меня грубым, и может быть...
Из глубины барака со свистом вылетел обитый дюралем гэта и с треском влепился в лоб Акселератору. Его фуражка полетела в пыль, а сам он зашипел от боли и досады.
- Проклятый детский сад, Император вас побери всех!
- Баа-а-ка-аа-а... - пропищала чиби-Мисака и кубарем слетела с койки. Путаясь в рукавах гимнастерки, она мухой пролетела через проход и боднула Акселератора в пупок. Тот устоял, схватил чиби Мисаку в охапку и размахнулся, чтобы выкинуть ее в сухую траву у стены барака.
- Акселератор-сан, поставьте ребенка на землю и входите уже - усталый, но твердый голос майора Симбоси, все расставил на свои места. Акселератор отпустил чиби-Мисаку, нагнулся за фуражкой и тут же вакидзаси Микото с тихим звоном покинул ножны, рассек воздух и замер в миллиметре от его шеи.
- Берегите голову, Акселератор.... сан. У нас очень низкие потолки. Особенно для тех, кто привык убивать... моих сестер..
Ладони Акселератора схлопнулись на клинке и вырвали его из рук чу-и, лезвие полетело на доски крыльца. Он подобрал фуражку, отряхнул ее и шагнул в комнату. Проходя мимо Мисаки Микото, он сказал сквозь зубы: "Надо будет, я и тебя убью, Малявка..."

Расстеленая карта Тихоокеанского театра была накрыта облаками папиросного дыма. Дышать было не чем, Акселератор поморщился, но промолчал. Симбоси взмахнула руками, разгоняя тучи, и отодвинула кувшинчик сакэ с пути армад американских бомбардировщиков.
-Так, так, так... Майор Аксель Фрост... Гайдзинские ВВС. Я представляла вас не таким кхм... юным.. - Сэи Симбоси коротко поклонилась и жестом пригласила эспера к столу.

Операция "Пепел" началась ранним утром следующего дня. Суть ее была проста - во время налета "крепостей" Мисаки в полную силу атакуют партию. За полчаса до налета Акселератор и его экипаж уходят на предельную высоту и в горячке боя вливаются в общий строй. Мисаки к тому времени уже израсходуют свой боезапас и отвернут на базу, так что Ему ничего не грозит. Ну а потом курс на Вашингтон и сброс подарка. Все просто.

Они взлетели и только Микото видела, какими взглядами Мисаки Мисаки проводили американский бомбардировщик. Когда он стал малозаметной точкой среди редких кучевых облаков, завыла сирена воздушной тревоги. Американцы, точные в этом деле, приближались, чтобы доравнять авиабазу "Токивадай". Последние три зенитных расчета обреченно крутили приводы наведения, понимая, что маскировочные сети не спасут от 250кг тротила и стали. Мисаки четко, как на параде, тройками заняли старт. Двенадцать "Шинденов" и четыре "Зеро" группы Мисаки Микото взлетели навстречу эскадре "крепостей", чтобы закончить эту войну.

Не успели они набрать высоту, как эскорт бомбардировщиков ринулся на них, давя сверху вниз, к океану, струями свинца. Во время очередной петли в фюзеляже "лягушенка" что-то загремело и на колени Бири-бири упал крошечный гэта, окованный металлом. Потом из-за бронеспинки выпросталась липкая от леденцов рука и схватила сандаль.
- Эй, старшАя, постарайся сделать так, чтобы нас не изрешетили, как кружевные трусы, иначе твои сестренки того, пиши - пропало. - комариным тоном пропищало в наушниках шлемофона Микото. Перед машиной лейтенанта плясал в прицеле вайлдкэт эскорта и ей было все до фени.
- Какого хрена ты тут делаешь, мелочь!? Покататься захотелось, тыквоголовая? - Мисака длинной очередью развалила американца надвое и круто рванула вверх, уходя от столкновения с его частями. За спинкой кресла заскребли металлом по металлу и звонко чихнули. У Микото кольнуло уши.

- Сама ты тыквоголовая! - пропищала чиби-Мисака немного обиженно. Нихрена не понимаешь в том, во что ввязалась, так будь признательна за любую помощь!
- Какая с тебя помощь, один геморрой и разбаланс машины, в повороте хвост таскает. Дура, чем ты думала?
- Летать уметь надо, а думала я головой. Без меня твои сестры и пяти минут не продержатся, а так вон, гляди, как шпилят янкесов! - гордо пропищала крошка Мисака.

Эскорт терял машину за машиной от слаженных контратак Сестер, их же потери составили только одну тройку. Мисаки Мисаки прорвались к строю "крепостей" и замолотили по ним, выписывая вензеля внутри сферы пулеметного огня бомбардировщиков. Бири-бири выделила в этом танце машины "Нулевой" и "Экибаны" - обе были живы и почти не пострадали. Отлично.
- Ладно, мелочь, а ты-то здесь при чем? - немного смягчилась Мисака Микото, направляя машину к малоприкрытому брюху ближайшей "крепости".
- А как ты думаешь?! Я то, что их связывает. Центр. Роутер сети Мисак. Ты что, не слышишь, что в эфире только американцы и три твоих бывших ведомых? Сестрам не нужна радиосвязь, они думают сразу в сеть. От того-то их атаки так хорошо организованны и вражеские стрелки всегда запаздывают с ответкой. И чем я ближе к ним, ко всей стае, тем выше скорость их реакции и меньше потерь информации при  передаче. Если ты думаешь, что сидеть в этой болтающейся жестянке для меня прикольно, ты еще тупее, чем кажешься. И пилотируешь ты скверно - рывки и ускорения, машину жалко..
- Себя пожалей, мышь на хвосте вола... - Мисака Микото крутанула двойную бочку и открыла огонь. Пушки рявкнули, раз, другой, третий, потом питатели замолотили вхолостую. Патроны кончились.
- Твою ж мать... - ехидно пропищала за спиной чиби-Мисака - теперь мы еще и без патронов, вот это я называю вселенская непруха...
- Заткнись, я тебя выпорю ножнами, если будешь ругаться...
- Если вернемся, я уж потерплю, так и быть, а пока... Аа--а-а-ааа, едрить-колотить! -  по фюзеляжу ударили пули и "Лягушонок" Мисаки Микото завибрировал.
- Куро, прикрой меня, я без патронов, Куро, как меня слышишь, прием, Куро! - Микото рыскала по курсу, сбивая атаку американца, но шесть пулеметов давали тому явное преимущество, пули свистели все ближе.Истребитель Куроко длинным виражом заходил в бок американцу, любопытная микроМисака щемила моську между спинкой сидения и бортом, чтобы увидеть небо и кусочек боя.
- Держись, сестрица, я сейчас! - Куроко ударила короткими очередями, вайлдкэт метнулся влево и тут же напоролся на очередь, пущенную одной из Мисак.  Все было кончено. Бомбардировщики, скинув груз, уходили обратно, в сторону Штатов. Машина Акселератора, чуть дымя вторым левым двигателем, летела в общем строю. Посылка отправлена. Микото положила машину на крыло, смотря на изувеченный аэродром. В хвосте мешком, не издав ни звука, перекатилась чибиМисака.
- Эй, мелюзга, ты там как, не напрудила под себя от избытка чувств? - Бири-Бири повернула зеркальце и глянула внутрь фюзеляжа. Левый рукав гимнастерки микроМисаки пропитался кровью, бледное личико в ссадинах и порезах осколков выглядело безумной маской.

- Черт, только не это! Эй, малявка, очнись, не отключайся! - Мисака Микото переключила станцию на канал авиабазы - Удон, Удон, это Онигири первая, Удон, как меня слышно, прием! Но земля молчала, словно там, среди дыма и воронок не осталось никого живого. Тогда, резко спикировав, Микото пролетела низко над разрушенной полосой, выискивая неповрежденный кусок для посадки. Сажать пришлось в степи, чуть в стороне от капониров ремонтной группы, полосу янки перекопали капитально. Шатаясь от усталости и адреналинового шока, Микото отодвинула сидение и вытащила чиби-Мисаку из тесноты шпангоутов фюзеляжа. Дышала она прерывисто, со свистом, сердце билось неуверенно. Болевой шок - определила Бири-Бири и бегом кинулась к палаткам хирургов. Им повезло, пострадал только склад с матрасами и простынями. Крошечную Мисаку положили на огромный по ее меркам операционный стол, как куклу, стукнув головой о металл. Задвинули ширму, зазвенели инструментами. Микото выставили за порог, сказав, что позовут, когда станет ясно, что да как.

Тем временем "Шиндены" Мисак тяжело садились в степи. Поврежденные машины вспарывали неутрамбованный грунт, поднимая облака пыли. Кто-то скапотировал, заклинив колесо случайным камнем. Уцелевшие аэродромные грузовики тащили истребители к капонирам. Приземлилось семь Мисак, из чумазые лица были непривычно улыбчивы и самодовольны. Мисаки потопали к столовой, лопоча между собой и размахивая руками. Последними сели "Нулевая" и "Экибана". Двигатель машины Уихару не выключился, молотя на малых оборотах, и Мисака Микото увидела, что фонарь кабины изнутри забрызган кровью. Техник Уихару вспрыгнул на крыло, рывком сдернул заклинивший фонарь и нагнувшись, вырубил магнето. Стало тихо. Уихару вытянули из кокпита и уложили на траву, ее комбинезон был залит кровью от живота до самых колен.
- Сердце остановилось, врача зовите! - сдавленно крикнул техник, прижимая пальцы к хрупкой шее Уихару, и Мисака побежала к ним. Крохотного разряда с ладони Микото хватило, чтобы сердце Уихару снова пошло и подбежавшие санитары, злые и грязные после налета, понесли ее в хиругию. Один из них обернулся к Микото и сказал - девочка, которую вы принесли, лейтенант, просила передать, что две сестры преследуют посылку. Вам это что-нибудь говорит?

Микото остолбенела.
spy

Волчица, Ушки, Хвостики и Перл-Харбор

00-600

Сегодня, 7 декабря 1941 года самолеты японского императорского флота нанесли вероломный удар по аэродромам на острове Оаху и по кораблям, стоявшим на якоре, в гавани Пёрл-Харбор. Было потоплено 4 линкора, 2 эсминца, 1 минный заградитель. Ещё 4 линейных корабля, 3 лёгких крейсера и 1 эсминец получили серьёзные повреждения. Потери американской авиации составили 188 самолётов уничтоженными, ещё 159 были тяжело повреждены. Американцы потеряли 2403 человека убитыми (из них больше 1000 на борту взорвавшегося линкора «Аризона») и 1178 ранеными. Японцы потеряли 29 самолётов — 15 пикировщиков, 5 торпедоносцев и 9 истребителей. Были потоплены 5 сверхмалых подводных лодок. Потери в людях составили 55 человек. Ещё один — лейтенант Сакамаки — был взят в плен. Он доплыл до берега после того как его сверхмалая подводная лодка наскочила на риф.

Кампай, не чокаясь.

PS.: Интересно, какой джингл сегодня видят американцы со своих айпи на google.com? Неужели, тоже про Эрмитаж?

Sweet Aviation models доставил мне это по запросу Pearl Harbour anime. Вы будете смеяться, но три кота-пилота у них тоже есть в продаже!
80443929_o1

14128

75349745

75348620

75414050

75414050_o1

75414050_o2

500_11

75418215

75418904

75349745_o1
А это Юки "Перл-Харбор style"

spy

Некий научный рейлган эпохи Сёва, забрала архивы Ронина, s1-s10

[S05]S05

На борту "колбаски-2" никакой нервозности не было. Экипаж летел с новым командиром, Акселем Фростом, уже четвертый раз и за все эти вылеты "колбаска" не получила ни одной пробоины. А ведь куда только не посылали... "Зеро" накинулись на "колбаску-3", сделав довольно удачный заход. Аксель Фрост с кривой ухмылкой наблюдал, как истребители япошек проскочили зону заградительного огня и снова исчезли в облаках. За головной машиной тянулся шлейф черного дыма - очередь "браунинга" пробила маслопровод "Зеро"
- Глупцы, вот узкоглазые тупицы, на этой фанере им никогда нас не взять... - Фрост усмехнулся еще раз, чуть выровнял строй и потянулся за кока-колой.
- Колбаски, внимание, до цели десять минут! - голос Доннели в наушниках скрипел, как-будто говорил Дональд Дак. - не дайте японцам сбить вас с курса. На боевом. Сброс по команде.
- Есть, сэр!
- Открыть бомболюки!
-------------------------------------------------------------------------------
Куроко влетела внутрь корпуса "Колбаски-3" под странным углом, не удержалась на ногах и покатилась по полу кабины, гремя амуницией. Стрелки разом обернулись на звук, глаза у двух сержантов стали квадратными, но ни один из них и не подумал бросить пост. Сестрицы как раз начали боевой заход, пули хлестали по крыльям и фюзеляжу Б29. В дырки от пуль глянуло солнце, пороховой дым вился воронками.
- Капитан, сэр, у нас тут ЧП, на борту... черт!... - стальная спица выбила тангенту из руки стрелка, пригвоздив ее к металлу обшивки. Куроко встала и отряхнулась. Поправила шарф. Слегка поклонилась и вынула из ножен вакидзаси.
- Конничи-ва и сайонара, гайдзин-сан! - Куроко вмиг оказалась рядом с корзиной первого стрелка и тот с тихим хлопком исчез. В облаках мелькнула крошечная точка и вспыхнул на солнце шелковый купол парашюта. Второй стрелок потянулся к пистолету, но Куроко оказалась быстрее. Второй парашют раскрылся над океаном. Пистолетные выстрелы, крики... Потом третий парашют, пятый... седьмой.
- Что за херня у вас происходит, сержант? - голос командира гулял по трансляции внутри пустого фюзеляжа "Крепости"

Никто ему не ответил.

Неожиданно командир "Колбаски-3" почувствовал у горла легкий холодок, и по потолку кабины запрыгал длинный солнечный зайчик. Перерубленный гофрошланг кислородной маски мертвой змеей упал на пол кабины. Лезвие вакидзаси тонко позванивало, когда терлось о щетину командира и очень серьезный девчачий голос с сильным акцентом сказал над самым ухом капитана: "Закройте бомболюки и... курс 110, снижайтесь, Буто-сан..."
--------------------------------------------------------------------------------
- Мисака-сан, ты горишь! - Уихару почти кричала, в ее кабине стоял грохот работающих 20 мм пушек.
Микото оглянулась - струя жирного черного дыма тянулась из-под днища. Из дыр в фюзеляже кое-где вырывались язычки пламени.
- Черт, пробит маслопровод, нужно гасить пожар... - старший лейтенант сбросила газ, чтобы "Сакаи" не перегрелся, и убрав закрылки, бросила "Рейсен" в пикирование.
Ведомые четко держались за хвост Мисаки, только машина "Нулевой" рыскала по курсу, словно в легком подпитии.
- Сатен-сан, с тобой все нормально? - Микото постаралась сдержать дрожь в голосе - Сатен-сан, прием!!
- Всешшсшсшшс. ..льно, ...ило...олками стекла, ...охо вижу....всвашмашшш... - рация Рюико доживала последние минуты.
- Уихару, слушай приказ. Атаку прекратить, выходи из боя и сажай Сатен-сан на ближайший аэродром - Мисака покачала крыльями, давая команду ведомым покинуть строй.
- Но, Мисака-сан!...
- Никаких но, возвращайтесь, пока еще есть шанс! Быстро! Со мной останется Куроко и....
- Мисака-сан, ты теряешь масло. Еще двадцать минут и мотор заклинит - Уихару говорила спокойно и серьезно, как никогда ранее. - Пожар потушен, но... ты не сможешь сесть. До берега почти сорок миль, а плаваешь ты не очень хорошо....
- Ты не понимаешь, Уихару, детка... Я должна заставить их повернуть, должна. А вы уходите.
Сатэн Рюико пыталась что-то сказать, Уихару кричала и ругалась... но Мисака выключила рацию и резко повернула обратно. Раненый "Рейсен" с эмблемой командира эскадрильи снова пошел в атаку.
--------------------------------------------------------------------------------
Аксель Фрост увидел, как из облаков выскочил всего один "Зеро" с красной эмблемой на закопченном капоте. Две машины-ведомые исчезли. В то же время "Колбаска-3", шедшая нижним эшелоном, сбросила газ, и сломав строй, стала снижаться. Аксель пожал плечами, слушая вопли коммандера Доннели - с ними-то ничего не случится. Заметив вспышки выстрелов на крыльях "Зеро", Аксель закрыл глаза и сосредоточился - задачка была простой в этот раз. Очередная япошка - копия предыдущей, предсказуемая, стандартная слабачка. Ску-кооо-таа.
--------------------------------------------------------------------------------
Длинная очередь 20мм снарядов, направленная точно в центр "крепости", никакого видимого вреда ей не принесла. Зато "Рейсен" Мисаки вздыбился от прямых попаданий - капот, двигатель, снесло колпак кабины, обшивка крыльев пошла лохмотьями. "Что за..." - додумать Микото не успела, еще один 20мм снаряд, чудесно отразившись от корпуса Б29, ударил в лобовое бронестекло "Рейсена". Длинный тонкий осколок вошел в левую ключицу лейтенанта, приколов ее к сиденью. Адская боль отключила сознание Мисаки, горящий "Рейсен", не меняя курса, летел точно в центр фюзеляжа бомбардировщика.
--------------------------------------------------------------------------------
- Это что-то новенькое - пробормотал Аксель Фрост себе под нос - но все равно слабачка, сейчас сдохнет...
Капитан Фрост толкнул рычаг сброса бомб, "крепость" дернулась, освобождаясь от груза,и пошла вверх. "Зеро", горя, словно комета, пролетел на десять футов ниже, едва не задев подбрюшье бомбардировщика.
- На второй заход тебя уже не хватит, не так ли! - крикнул Аксель Фрост, вытирая ладонью холодный пот на лбу.
- Добавьте ей на прощание из "браунингов", ребята - капитан взбодрил стрелков парой ругательств - а мы идем домой, бомбы сброшены.
--------------------------------------------------------------------------------
Онэ-сама! - прошептала Куроко, увидев, как падает в океан горящий "Рейсен" Микото.


[S06]S06

Полковник Исии встретил курьера штаба в главном здании базы. Накинутый на плечи полковника белый халат скрывал знаки различия и курьер-капитан нервничал, теребя перчатки. Отчасти курьер нервничал и из-за самого места, в котором он сейчас находился. Позже это место назовут "Кухней дьявола", сейчас же это была просто База. Ряды бараков, кирпичные корпуса лабораторий, автобаза, склады горючего... Все как обычно, только слишком много людей в белых масках и халатах, как-будто госпиталь...

Капитан отсалютовал полковнику и с поклоном передал конверт. Серые глаза Исии иронично мазнули по курьеру, отмечая нервозность.

- Все нервничают здесь в первый раз, капитан, не стоит себя винить - полковник Сиро Исии сел за свой стол, не предложив курьеру гостевого стула, и вскрыл конверт. Стекла очков в оловянной оправе отразили белый лист бумаги и на миг курьеру показалось, что глаза полковника горят белым негасимым огнем.

Исии быстро читал послание штаба: "Необходимо в кратчайшие сроки завершить производство и обучение новой партии в пятьдесят единиц по проекту "Сестры". Наши европейские коллеги (тут полковник поморщился, будто в его сакэ упала муха) закончили внедрение Акселератора в ВВС США и первые испытания прошли успешно. Для ускорения достижения Акселератором 6 уровня производство Сестер должно быть продолжено. Прокачка Акселератора идет ускоренными темпами и на вас возлагается персональная ответственность (полковник снова поморщился, разве есть иная ответственность?) за бесперебойные поставки материала."

Полковник снял очки и как-то сразу немного постарел.
- Ответа не будет, капитан, возвращайтесь в штаб немедленно.
- Хай!
Курьер четко развернулся и почти выбежал из кабинета.
Исии Сиро снял трубку телефонной связи и отрывисто приказал: "Нунотабу ко мне, срочно!"
--------------------------------------------------------------------------------------
Снова тихоокеанский театр...

- На связи Мисака 2321. Время 15 часов 43 минуты по тихоокеанскому времени. Вы готовы к началу эксперимента, спрашивает вас Мисака 2321, заходя в атаку со своей группой по пеленгу 30 градусов с юго-востока? - Аксель Фрост подпрыгнул бы на своем сидении, но его удержали ремни безопасности. Этот бесцветный голосок в наушниках... Так предыдущая атака не была Экспериментом? Что за черт! Планы у них меняются каждые 10 минут. "Колбаска-2", немного потрепанная японским патрулем, уходила обратно на базу. Чуть правее и ниже тащился "Колбаска-первый", Донелли уже откипел насчет аварийного сброса боезапаса, но и сам он был вынужден уйти с боевого курса из-за разгерметизации топливопроводов второго и третьего двигателей. (как покажет вскрытие магистралей на базе - топливопроводы были рассечены в нескольких местах ударами острой кромки самурайского меча, но кто и когда это сделал, осталось загадкой). "Колбаска-3" подозрительно молчала в эфире, продолжая лететь в сторону Японии.

- Мисака 2321 повторяет свой запрос, начала терять терпение Мисака. Готовы ли вы к началу эксперимента?
- Готов я, готов! Закончим это все поскорее и я надерусь сегодня по полной программе! - раздраженно воскликнул Аксель Фрост.
- Вас поняла, вежливо ответила Мисака, эксперимент начался.
- Стрелки, внимание, по пеленгу 30 градусов на восток заходит еще одна группа узкоглазых мартышек, не пропустите их, парни! - Фрост переключился на внутреннюю линию связи и прибавил обороты всем двигателям, нечего упрощать задачу этим неудачницам.

Прошло пять минут, потом десять - стрелки докладывали о том, что отмеченный Фростом сектор пуст. И тут "Колбаска-2" задрожала от кормы до носа - с противоположной от указанной Мисакой стороны появились из облака три истребителя необычной формы - двигатель и скошенные назад крылья располагались в задней трети кургузого фюзеляжа, острые носы украшали короткие рулевые плоскости и стволы четырех тридцатимиллиметровых авиационных пушек Type 5. Все три Мисаки открыли огонь одновременно. Аксель Фрост сумел отбить только несколько последних снарядов, и когда один из истребителей потерял кусок крыла, его губы скривились в ехидной усмешке.

- Интересно,блин, раньше вы, сучки, никогда меня не обманывали, перли напролом...
- Мисака внесла коррективы в предполагаемый план атаки, не без гордости ответила Мисака 2321 и усмехнулась. По мнению Мисаки это должно повысить эффективность проводимого эксперимента примерно на 3 процента, скромно заметила Мисака 2321...
- Да чтобы вы сдохли там все, умницы чертовы!
- Вы не авторизованы для подачи команд такого рода, спокойно ответила Мисака 2321. Эксперимент продолжается.


[S07]S07

Микото пришла в себя рывком, словно в темном кинозале заработал проектор. Голова ударилась о спинку сиденья и она открыла глаза. Розовая пелена стала прозрачной и Мисака увидела внизу океан. Потом небо, потом снова океан. Взгляд на приборную доску - альтиметр показывал тысячу триста, стрелка резво бежала по кругу, отматывая десятки. Авиагоризонт болтался в спирте, не успевая за вращением машины.

"Я ежик, я упал в реку... Сейчас я намокну и утону...." - вспомнила Мисака стихи японского поэта Басё. Глаза ее закрывались, мокрый комбинезон приятно холодил тело, шевелиться не хотелось. Ветер свистел в разбитом каркасе бронестекла, голова Мисаки болталась, словно бронзовый Гекота на сагео её меча. Влево-вправо... Влево-вправо... И боль, сильная боль в левом плече. Микото заставила себя открыть глаза еще раз и увидела осколок стекла, торчащий из левой ключицы. Левая рука висела плетью, зацепившись за привязной ремень. Кровь из раны пропитала уже весь верх комбинезона, от этого он приобрел темно-коричневый цвет. Как шоколад. Мисака вяло шевельнула ручкой управления и педалями, пытаясь остановить вращение. Почти получилось, однако держать ручку управления одной рукой было так тяжело... Так хочется спать... И шоколада, много-много...

Микото почувствовала, как что-то придавило ее к сидению "Рейсена" - на коленях у нее сидел Куроко, с глазами, полными ужаса.
- Онэе-сама, я спасу тебя, чего бы мне это не стоило. Держись, ты не умрешь! - Куроко телепортировала осколок из плеча Мисаки далеко за борт.
- Аххх...- вздохнула Микото и увидела, как кровь из раны толчками заливает лицо Сирай-сан. Куроко обняла ее и все исчезло...
-------------------------------------------------------------------
- Госпожа майор, передовые посты заметили американский бомбардировщик Б29, идущий курсом на наш аэродром! - посыльный влетел в комнату майора, постучав по уже распахнутой двери. Симбоси, шатаясь, поднялась из-за стола, ее красные от слез и дыма глаза смотрели на посыльного-сержанта, как на редкое, но уже надоевшее насекомое.

- Шытоттытакое несешь, солдат, твою дивизию? Кххкхкой еще Быдвацтьдевить? Кххх.. Кхххде мои девочки, они д`лжны б`ли вернуться три часа наззд... - майор качнулась на каблуках и шагнула к вытянувшемуся в струнку посыльному. Китель Симбоси распахнулся и посыльный нервно сглотнул - ходили, конечно, слухи, что майор не носит нижнего белья "потомушто жарко".... но так внезапно.. и так много... Симбоси налетела на сержанта и отшатнулась, схватив его за портупею.

- Шттты, н`нравлюсь, да? - майор покраснела и слезы полились ручейками по ее порозовевшим от сакэ и спертого воздуха щекам. Она сделала попытку стыдливо заслониться рукавом кителя, словно гейша - рукавом кимоно, но промахнулась и ударила сержанта в челюсть. От неожиданности солдат упал, Симбоси полетела следом, не отпуская портупею.

- Госпожа майор... - посыльный уткнулся лицом в грудь майора - что прикажете делать с американцем?
Командующая базой удивленно поискала глазами источник звука и уставилась в декольте. Ее тонкие брови взлетели вверх.
- Как вы пссмели меня рздеть, негодяй! А-а-а.... Амер-ик! ..нец Бысемнацать... Сбить ко всем чертям! - майор уронила голову на земляной пол и отключилась. Декольте ответило "Есть!".
Кое-как выбравшись из-под тихонько храпящей Симбоси, посыльный побежал к зенитчикам чтобы передать приказ, полученный им таким неожиданно приятным способом.
--------------------------------------------------------------------
Точка приближалась к посадочной глиссаде и Камиджо Тома, лежа под крылом починенного "Лягушонка" Мисаки, одним глазом следил за ней.
- Не иначе, возвращается старший лейтенант со своими подружками... - Тома лениво перекинул травинку с левого уголка губ в правый и вздохнул... Опять пахать всю чертову ночь... Но на этот раз это майорский аппарат, не посачкуешь... Точка подросла и стала какой-то странной... Тут же Камиджо вздрогнул от лая зенитных орудий, спрятанных в овражке на дальнем конце взлетной полосы, почти у кромки обрыва.

Зенитки лупили по заходящему на посадку самолету.... Что-то тут не так. Камиджо посмотрел на часы - топливо в баках "Рейсенов" закончилось час назад... Мисака не вернулась, и ни одна из машин ее звена тоже. Механик вскочил на ноги, чувствуя... Нельзя сейчас точно сказать, что в те секунды почувствовал Тома. Но то, что он сделал, совершенно точно спасло жизнь и Мисаки, и Куроко. В пять минут Камиджо Тома достиг края полосы, зенитчики как раз меняли обоймы. Размахивая курткой, механик орал так, что услышали даже боги - Прекраааатить оогооонь, приказ майораааа!

Стволы зенитных пушек опустились, "боинг" медленно проплыл над ними, коснулся колесами пыльной земли и запрыгал, словно неловкая птица. Двигатели смолкли. Камиджо махнул зенитчикам и побежал наперерез джипу с красными крестами, едущему от бараков в сторону самолета. Со всех сторон к бомбардировщику бежали люди.
--------------------------------------------------------------------
"Шинден-Каи" Мисак наделали столько дыр в фюзеляже "Колбаски-2", что внутри стало холодно, как на Аляске в новый год. Потеряв одну машину, оставшаяся пара накинулась на Б29 Акселя Фроста с яростью ос, у которых медведь только что отнял недельный запас меда. Стрелки поливали небо свинцом, но "Шиндены" приближались, игнорироруя заградительный огонь. Фрост закрыл глаза, представляя, как Мисаки делают новый заход. Вот так.. вот... Еще немного левее... Первый открывший огонь "Шинден-каи" напоролся на собственную очередь. Десять тридцатимиллиметровых фугасных снарядов взбили легкую машину, словно дробь кролика. Истребитель исчез в облаке взрыва. Фросту показалось, что Мисака 2321 издала протяжный стон.
- Не нравится, мартышки узкоглазые! - Фрост заорал на всю трансляцию так громко, что стрелки опешили. Последний "Шинден" зашел снизу, стреляя длинными очередями, когда очередь с "Колбаски - главной" прошила его от носа до кормы. Коммандер Донелли, сам того не зная, спас Акселя Фроста, немецкого агента и эспера пятого уровня от верной смерти. Мисака 2321 ткнулась лицом в приборную доску "Шиндена", заливая ее вполне человеческой красной кровью. Истребитель, перевалившись через крыло, стал падать сквозь облака в океан...
---------------------------------------------------------------------
Где-то в Маньчжурии..
На заднем дворе лабораторного комплекса солдаты занимались вечерними упражнениями под руководством капитана Шинобу Нунотабы. Неожиданно все тридцать человек прекратили свои занятия и подняли головы к небу. Тридцать девочек, похожих друг на друга, как сестры, с укором смотрели в низкие серые облака и молчали. Тогда впервые капитану Шинобу Нунотабе стало страшно.

[S07-1]S07-1

Старенький военврач пинком выкинул Камиджо из операционной палатки, где в свете большого рефлектора над Микото склонилась бригада хирургов. Потирая копчик, Камиджо вышел на улицу и лицом к лицу столкнулся с Симбоси. Закатное солнце заставило майора прикрыть воспаленные глаза и Тома надеялся проскочить незамеченным. Но командующая, не глядя, протянула руку и поймала техника, словно муху, по одному лишь звуку. В лицо Камиджо бросилась краска.

- Как она, мальчуган?
- Врачи говорят, если бы они прилетели чуть позже, можно было бы не пытаться, а так есть еще шанс. Она потеряла много крови, но рана всего одна... Небольшие ожоги от масла на руках...
- Ты славно потрудился с моим "Рейсеном", Тома, машина не подвела. Лейтенант Сираи рассказала мне про тот бой... Жаль, что девочки не смогли спастись.
- Госпожа майор, они....
- Не надо, Камиджо, иди отдыхать, ночь будет тяжелой - привезут пополнение. Майор ласково толкнула техника в плечо.
- Хай!

Камиджо, опустив плечи, ушел в сторону мастерских. От солнца остался горячий краешек и дорожка в океане, закатные облака стали похожи на тучных розовых фламинго. Через летное поле тарахтел мотоцикл связного, истребители под маскировочными сетями замерли, как пойманные лососи в садке рыбака. Тишина.
-----------------------------------------------------------------
На холме, за периметром авиабазы, показались световые конусы фар армейского грузовика. Машина, переваливаясь на неровностях разбитой дороги, пробиралась к КПП. Скрип осей в вечернем воздухе разносился дальше, чем гул мотора, казалось, что едет повозка старьевщика. Потоптавшись еще у медпункта, майор Симбоси расстегнула кобуру "Намбу" и пошла проверять посты. Везде ее окликали голоса нарядов, пару раз она ладонью отодвигала от лица широкое лезвие штыка.

Запели сверчки, когда майор подошла к главным воротам. Сержант-начальник караула препирался с водителем того грузовика. Машина пришла без документов. Деревенский паренек, что рулил грузовиком, увидев погоны майора, впал в ступор. Отодвинув его с дороги, Симбоси включила фонарик и заглянула в кузов машины. На мешках риса спали, свернувшись калачиком, чумазые Сатен Рюико и Уихару Кадзари. Руки Сатен-сан были перебинтованы по самые плечи. Многочисленные порезы на лице и шее заклеены пластырем. Кадзари прижимала голову Сатен-сан к себе, по ее грязным щекам слезы промыли белые дорожки. Пахло антисептиком и потными шмотками. И гарью.

Симбоси выключила фонарь, махнула начальнику караула и приказала шепотом: "Носилки сюда, быстро!". Через пять минут солдаты переложили Сатен и Уихару на носилки и бережно отнесли в санчасть. Майор шагала рядом, светя фонариком, надвинув фуражку на глаза. Не хватало еще кому-нибудь увидеть, как она плачет. Пускай даже и от счастья.
------------------------------------------------------------------
Ранним утром в палату к Микото, ступая на цыпочках, вошла Уихару Кадзари. В гильзе 38 мм снаряда она принесла полевые гвоздики с капельками росы.
------------------------------------------------------------------

[S08]S08

Микото, держа левую руку на перевязи, стояла на полосе у старта, глядя, как как взлетают истребители "Токивадайя", уходя на новое задание. Под маскировочными сетями техники разбирали Б29, готовя его к транспортировке в Японию. Славное утро, никуда не нужно лететь. Сзади неслышно подошел Камиджо Тома и накинул на плечи Мисаке летную куртку.

- Прохладное утро сегодня, Бири-Бири, с океана несет влажность...- Спасибо... Меня зовут Мисака Микото... а не Бири-Бири. По позывному - только в воздухе.

Еще одна пара "Рейсенов" вырулила на старт и Мисака поежилась под порывами спутной струи. После анестезии и операции ей было не по себе, в голове шумело, но лежать в медицинском бараке было выше ее сил. Хотелось на воздух. Из головы не шел бой с Б29, когда ее собственные снаряды попали в "Рейсен", отскочив от американца. Как такое могло произойти? Если только там, в бомбардировщике, сидел не эспер... Тогда какого хрена Симбоси ругается на применение магии в бою... Янки вон нисколько не смущаются такой возможности.
Микото покачнулась и Тома осторожно поддержал ее за плечи. На щеках старшего лейтенанта послеоперационная бледность сменилась изящным румянцем, но увернуться у нее не было сил. Да и желания тоже не было.

Из-за склада ГСМ на них, рыча, смотрела лейтенант Сираи, комкая в пальцах лайковые перчатки. Рев двигателей и ветер заглушали разговор, но Куроко была уверена, что речь идет о любви.
- Значит, это правда, сестрица, то, что говорят про вас с Томой? Курточки, плечики, цветочки в палате... Черт бы тебя побрал, Камиджо!

Куроко прижала к сердцу конвертик из плотной бумаги с прядью волос Микото и разревелась. Она спасла сестрицу, горела вместе с ней в самолете, а эта тыловая гусятина портит ей все карты.

- Ничего, Камиджо, это маленький остров, и ты у меня на прицеле... Если ты не облажаешься сам в ближайшее время, я, Куроко Сирай, помогу тебе... Берегись!

С тихим щелчком Куроко исчезла, чтобы спокойно поплакать в офицерском бараке. На койке Мисаки сидел большой плюшевый медведь в летной форме с перевязанной головой и оторванным ухом. Поверх бинтов на голове медведя была повязана хатимаки с солнцем и двумя иероглифами - "божественный ветер". Левая лапа медведя тоже была перевязана, на бинтах суриком кто-то изобразил проступающую кровь. Куроко медленно подошла к медведю, вытирая слезы.

- Раз я не могу получить тебя пока что, этот медведь... Ведь ты так часто прижимаешься к нему во сне, онэе-сама... Пусть будет он... Вместо тебя..

Лейтенант Сирай медленно расстегнула пуговицы кителя и стащила через голову портупею. Слишком много переживаний для одного дня, чтобы хоть как-то контролировать себя...
Микото и Тома подошли к "Лягушонку" и техник помог лейтенанту забраться в кабину. Для этого ему пришлось взять ее за талию. Над головой Мисаки треснула искорка разряда, но она сдержалась.

- Будет вполне достаточно, милый Тома, если ты просто подставишь спину в следующий раз - процедила Мисака, улыбаясь из кабины в лицо технику.

Она покачала педалями, ручкой управления - все работало, и было отлажено как раз так, как она любила. На станине прицела лежал букетик полевых цветов с нацарапанной карандашом запиской "ПопрОвляйси скарее!"

- Я же настрого запретила кому-либо приближаться к моей машине!!! - Мисака стукнула кулачком по стеклу, Тома съежился под крылом, падая на колени и прикрывая голову.
- Никто не приходил, госпожа старший лейтенант, только я...

Микото взяла букетик и сунула за пазуху. Значит, никто не приходил...

- У тебя ужасный почерк, Камиджо Тома. Ты не учился в школе?- Никак нет, госпожа, я сам. Научился читать по упаковкам от лапши... А писать... Ну так... Как-то само получается.

"Вот оно, эхо войны... " - грустно подумала Мисака, смотря на Камиджо почти что с нежностью. Техник подставил спину и Микото спустилась на землю
- Спасибо, ты.... прекрасно поработал, Тома. "Лягушонок" снова в строю - комплимент дался старшему лейтенанту нелегко, сказывались классовые противоречия, она опять почувствовала, что краснеет.
- Правда, что ты нарушил приказ Симбоси и заставил зенитчиков прекратить огонь, Камиджо?- Я... да.. то есть нет... я...
Мисака здоровой рукой взяла Тому за воротник тужурки и повернула к себе. Между их носами оказалось меньше сантиметра. Глаза техника расширились. Лейтенант потянулась к нему и тут из барака раздался дикий вопль. Кричала Сирай Куроко.


[S09]S09

К офицерскому бараку Камиджо и Микото подбежали почти одновременно с патрулем. Мальчишки с "арисаками" и примкнутыми штыками рванули дверь на себя, нырнули внутрь и через секунду выбежали наружу, покраснев. Рейлган задыхалась, плечо ныло все сильнее. Оставив Тому на пороге, Мисака шагнула внутрь.

Койка Мисаки была взбита вверх дном, тощий матрасик валялся на полу, белье раскидано. В куче вещей и обрывков ваты, стеная, копошилась лейтенант Куроко. Из одежды на девушке был только один алый бантик на шее. В одной руке Куроко держала голову медведя, в другой - перебинтованную лапу. Туловище игрушки валялось рядом. Среди хлопка и шелка, цепляясь за доски пола, позванивала сталь вакидзаси.
- Сеееестррииииицаааа--а-а, я нечаяннооооо! - выла Куроко - ооонооо сааммооооо-о-оо...
- Какого черта ты делаешь, лейтенант!? - Мисака в три шага достигла эпицентра погрома и кинула Сирай летную куртку со своих плеч - прикройся, немедленно...

Куроко уткнулась носом в куртку и ее рыдания стали едва слышны. Мисака оглядывалась, восстанавливая картину действия. Очевидно, стресс после вылета сказался на нервной системе лейтенанта и она должна была срочно выпустить пар. Медведь подвернулся под руку. Но почему она голая?? Мисака подошла к туловищу медведя-камикадзе и осмотрела его. Брезентовая форма была покрыта мокрыми пятнами поцелуев. И не только куртка, но и...

- Чертова извращенка!! - Обезглавленный медведь впечатал Сирай-сан в стену барака и она смолкла. С тихим стуком Куроко съехала по стене, голые ноги выдвинулись из-под куртки. Рядом тактично кашлянул Камиджо Тома.
- Если я больше не нужен, пойду, пожалуй, к самолетам, скоро вернется патрульная пара - техник поклонился и повернулся было к выходу.
- Младший лейтенант Тома... Большое спасибо за куртку и за все остальное. - Мисака повернулась к механику с легким поклоном.
- О том, что в здесь увидели, вы никому не расскажете, милый Тома. У лейтенанта Сирай нервный срыв, она больна и расстроена. Я сама отведу ее в госпиталь. - тон Микото был мягкий, но Камиджо чутким ухом ветерана уловил в нем приказ.
- Разрешите идти, госпожа лейтенант?
- Идите же, Камиджо, идите.
Тома вышел, хлопнула новенькая дверь из белых досок. Мисака пожала плечами и опустилась на колени в обрывки белья на полу.
---------------------------------------------------------------------------
Где-то в Манчжурии...
Ранним утром из ворот базы выехали два армейских грузовика. Камуфляжный брезент кузовов блестел от росы, сизый выхлоп двигателей тянулся следом за машинами, едва рассеиваясь в безветренном воздухе. Капитан Нунотаба сидела рядом с водителем первой машины и зевала в кулак. Она давно уже не высыпалась, занимаясь подготовкой Мисак, или "сестер" Мисаки Микото, прославленной в боях летчицы из эскадрильи "Токивадай". Полковник Исии при клонировании добился впечатляющих результатов - сестры быстро схватывали основы летного дела, скрупулезно впитывали учебники по пилотажу, на тренажерах показывали уверенное владение техникой.

Но была одна беда - стоило посадить Мисаку-сестру из новой партии в настоящий самолет, как дело оканчивалось катастрофой. На прошлой неделе две сестры погибли, просто пытаясь взлететь на учебном биплане. После отрыва - потеря управления, рывки, нервная работа педалями, переворот и падение. Нунотаба обнаружила еще один интересный факт - информация, полученная одной сестрой, становилась почти сразу же доступна остальному контингенту. При этом капитан редко видела, чтобы сестры беседовали между собой. Может, они болтают в казарме после отбоя?

Грузовик тряхнуло и Шинобу едва не прикусила кончик языка. Погибшие в последнем эксперименте три Мисаки до его начала налетали на фронтовых аэродромах около ста часов, участвовали в стычках с китайскими пилотами и неизменно выходили победителями. Но эта троица была "первой копией", материал для них взяли непосредственно у Микото Мисаки - оригинала во время прохождения ею профилактического медосмотра на авиабазе. Эти Мисаки летали почти так же хорошо, как и Рейлган, чувствуя машину всем своим существом... "Вторые производные" же упорно не хотели подниматься в воздух самостоятельно. Сейчас в грузовиках капитана Шинобу Нунотабы ехало 28 Мисак, прекрасно знающих теорию летного дела, но боящихся полета.

То, что это обычный страх, предположил полковник Исии Сиро. Клоны были несовершенны по своей природе - слишком мало времени отводилась на их взросление и воспитание. Но страх, одна из самых глубинных эмоций живого существа, наверняка жил в них... В лабораториях и подсекциях базы полковника Исии занимались разными, порой ужасными вещами, разрабатывали методы массового уничтожения противника, но как бороться со страхом, вивисекторы полковника не знали. Это были закаленные в своей работе люди, давно забывшие и страх, и другие эмоции. Спихнув на Шинобу воспитание "сестер", полковник на время забыл о них, и об Акселераторе, который в случае успешного повышения уровня должен был прорвать кольцо ПВО вокруг Белого Дома и разнести в прах президента США, выведя Штаты из войны.

Грузовики подъехали к аэродрому, наспех построенному среди холмов. Эта полоса служила единственной ниткой связи базы с Японией. Машины резко затормозили перед шлагбаумом и капитан Нунотаба ударилась лбом о лобовое стекло. Матеря шофера последними словами девушка спрыгнула на землю и пошла к будке охраны, на ходу доставая пропуск и документы из планшета. Не дойдя до домика каких-то десять шагов, Шинобу остановилась. Ну конечно! Если Мисаки каким-то образом общаются между собой, ей нет нужды тащить весь отряд на авиабазу группы "Токивадай", достаточно взять лишь одну "сестру", причем любую! Это здорово упрощало все дело. Написав на планшете записку полковнику и передав ее водителю, Нунотаба обошла грузовик и откинула тент. Сидевшие с краю Мисаки обернулись к ней с вопросительным выражением на лицах.
- Почему мы остановились, Шинобу-сан? спросила Мисака Мисака, поеживаясь от утренней прохлады - сказала ровным тоном Мисака справа.
- Неважно. Назови свой личный номер! - Нунотаба всегда нервничала, общаясь с "сестрой" один на один.
- Данная Мисака имеет личный номер 2345, ответила Мисака Мисака капитану Нунотабе. - тут же отозвалась Мисака справа.
- Отличное число! Вылезай, ты едешь со мной